НовостиМузыкаБлижний Круг
колючей проволокой циничных, раздобревших
от спокойной жизни тел
прикручены к столбу кошачьего страха
твои 18ть.
и за черной линией,
прочерченной самим дьяволом,
той линией, где кончается наш город -
начинается их православный мир.
там легко юродивым от политики
пули не считать,
заливать нефтью
осколки палестинских домов -
и вот она из нарезного ствола
крадется по воздуху - кость черепа ей послушна.
сытым телам, как дубам - лишь воздух и воду
(Продолжить)
надо -
а то, что человеческие кости хрупки -
какое им дело - что бьется на курке в истерике палец -
и плещется мозг литрам по площадям столиц -
мы как жили в пещерах, так и до сих пор -
враг, враг, враг и немного друга,
пока не кончилась его нефть.
а материнские чресла бьются на кушетках
под взрывы мин - еще один череп, еще одни кости
кричат "привет" свету.
и больше ничего не хочется, но приходиться -
жечь - и кидать камни - нам так тесно
даже в нашем веке в нашей большой пещере - грызть кости.
и
сколько
не спасай родивших и рождающихся,
даже
если
соберешь и сожжешь все их недуги,
даже
если
мылом и щелочью вычистишь их души.

юродивое все равно тянет на площади, кричать и кидать камни,
кричать и кидать пустые, некрасивые слова в воздух,
биться рыбами об асфальт бездушного дна пещеры.
отходя от крика - только чтобы навсегда выдохнуть человеческое.

даже если и мог бы, был бы в каждом доме ковром и стулом, ухом, душой, сердцем,
если бы слышал каждый вздох и звук, и знал бы их место.

то все равно - юродивым нефть и смерть, вскрытые мозга консервные банки,
и маленький заводик по бесконечному производству пуль.

единственный подвиг,
на который я готов -
жить, хранить, и протирать от пыли
твои небесные 18ть.
ссылка 0
поделиться